a_passer_by: (любимый)
Tuesday, January 7th, 2014 12:40
Открыла для себя нового автора, замечательного. Делюсь.

Оригинал взят у [livejournal.com profile] drevo_z в О старичках и старушках - 12
Старуха Бусел пишет письмо в город Екатеринбург, подруге Вере Андреевне.
… Спасибо, Верочка, за поздравление, пришло как раз вовремя, хотя в наши годы уже не поздравлять надо, а сочувствовать.
Переездом я довольна. Одну комнату убирать легче, чем две, а вспомни наши потолки, три семьдесят, ни лампочку не вкрутить, ни окна не вымыть. В центре шум, пыль, здесь тишина, парк рядом, рукой подать. Дом новый. И с доплатой не обманули. Чувствую себя богатой вдовой, вот-вот начнут кружить над головой алчные альфонсы (шучу).
Но без ложки дёгтя не обошлось. Надеялась, в соседях окажется молодая пара с детишками, может, и мне бы когда доверили присмотреть за ними, книжку им почитать, ты же помнишь, я с детками всегда общий язык находила. Или старушка, старичок нашего возраста и в своём уме.
Увы. Слева обитает молодой человек неопределённых занятий, похоже, нигде не работает, только утром-вечером выходит выгуливать свою страшенную собаку, по всей квартире провода, экраны, а это ж излучение, это вредно, мне следует передвинуть диван к дальней стенке. А справа в однокомнатной, неприветливая девушка, буркнет «здрасьте» сквозь зубы и шасть к себе, уезжает рано, возвращается поздно. Друг друга по какой-то причине не любят, как в коридоре столкнутся, так и понеслось, мне слышно, то тунеядец с собакой в коридор грязи нанесут, то барышня под тунеядским окном машину прогревает, они и без повода скандалить будут, молодые, а нервная система расшатана.   
Но ничего не поделаешь, и на прежнем месте не с кем поговорить, все поумирали, поразъехались.

Старуха Бусел смотрит на часы, охает, почти шесть, ладно, завтра допишет.
Селёдка под шубой, холодец, тушёная курица, пирог с курагой, бутылка красного вина, не из самых дешёвых, между прочим, может себе позволить.
Достаёт из комода вышитую листиками и веночками скатерть и накрывает стол на троих.
Миша уже много лет там, откуда нет возврата, Верочку внучка увезла за тридевять земель, но день рождения есть день рождения, одной праздновать не годится, а разговаривать можно и не видя собеседника.

Вино закупорено на совесть, не поддаётся ни в какую.
Промучившись полчаса, старуха Бусел звонит тунеядцу, тот кивает, приходит со своим штопором, мигом справляется с задачей и спрашивает, что празднуете.
Старуха Бусел смущается и ни с того ни с сего зачем-то рассказывает постороннему человеку про семьдесят пять, и про Мишу, и про Верочку, с которой на этом свете уже не свидеться.
Сосед хмыкает и уходит, а старуха Бусел ругает себя за неуместную, ненужную болтливость, хочет передвинуть Мишин фужер, задевает его рукой, и тот падает, разбивается с хрустальным звоном. Она подметает осколки, высыпает их из совка в ведро, идёт в ванную вымыть руки, смотрит в зеркало и понимает, что давно уже плачет, что всё это – иллюзия, с кем беседовать – с пустыми стульями, с пустыми тарелками, что толку притворяться живой, если не живёшь, а доживаешь.

Через час звонок, старуха Бусел открывает и видит соседей.
У барышни в руках коробка конфет, лоток с чем-то непонятным, у тунеядца букет мелких розочек и две красивых бутылки.
Не прогоните нас? спрашивает барышня, поздравляем с юбилеем, мы так и не познакомились, я Саша, а это Антон, а это Вам!

Старуха Бусел выпила полфужера вина, и немножко мартини (понравилось), и пригубила виски (самогон самогоном), и суши эти заморские попробовала (кривя душой, похвалила), и смотрела, как под натиском здорового аппетита исчезает наготовленное, и думала про то, что Миша с Верочкой порадовались бы.

Старуха Бусел просыпается на своём диване, укрытая чужим пледом.
Мыслями возвращается к вчерашнему кутёжу, улыбается, смех и грех, честное слово, а потом вспоминает  про доплатные деньги, спрятанные под стопкой постельного белья в комоде, сердце ухает в пятки, сама чуть не падает, зацепившись за стул.
Всё на месте, и старуха Бусел чувствует, как становятся горячими щёки, бог мой, сто лет не краснела.

В дверь тихонько стучат.
Елена Иосифовна, мы вчера посуду вымыли, на кухне оставили, а где у вас одеяло – не знали, так что чем пришлось, тем и укрыли, а хотите похмелиться? Тоша за пивом сходил, отличное пиво, лёгкое.
Мы.
Ну надо же.
Один вечер без ругани, и уже – мы.
Хочу, говорит старуха Бусел, я лет тридцать не похмелялась, пора навёрстывать, Антон, вы вчера говорили, что компьютером можно билеты на самолёт заказать, не могли бы вы мне помочь, до Екатеринбурга и обратно, поможете?
a_passer_by: (любимый)
Wednesday, October 23rd, 2013 18:04
Оригинал взят у [livejournal.com profile] notabler в Рубен Гальего. Отличная статья

Рубен Гальего: «Я – плохая училка»

"Совершенно секретно", No.3/286
Рубен Гальего (фото из личного архива)
Рубен Гальего (фото из личного архива)

Пройдя через советские детдома, через 30 лет он впервые увидел мать, а чуть позже рассказал историю детства в романе «Белое на черном», удостоенном Букеровской премии.

Собеседник «Совершенно секретно» – один из немногих, кто знает почти все о выживании в самом широком смысле этого слова. «Только сразу договоримся: на «ты», да? – говорит Рубен Гальего, чуть откатываясь в своем электрическом кресле от камеры. Он так часто делает, когда хочет сказать что-то важное. – Нечего делать вид, что мы не знакомы лет пять. И людей обманывать…» Сидим в скайпе: он в Штатах, я в Москве. Рубен, как обычно, рассказывает, что посмотрел, что видел и о чем услышал. В том числе – «от твоих коллег»:

Read more... )
a_passer_by: (любимый)
Saturday, October 5th, 2013 23:57
Оригинал взят у [livejournal.com profile] tasha_jardinier в Спокойный сон

Хороший сон важен для человека, говорит моя подруга покупая очередную баночку снотворного.  Кто бы спорил. Ужасно забываться  «тяжелым» сном, а по утру посыпаться усталым, буквально разбитым.

Read more... )

a_passer_by: (любимый)
Sunday, June 9th, 2013 00:27
Оригинал взят у [livejournal.com profile] anna_vipera в О дер гройсе - скандал № 1, или о недопущении родителей к умирающим детям, и к больным детям вообще.
Дамы и господа, уж простите меня. Устала я от эмоций и их накала, мата и криков. Еще раз прошу прощения. Хочу дать информацию.
Поэтому я хочу вам показать нормативную базу. Это единственное законное основание - куда пущать, куда не пущать.

Итак, СанПиН 2.1.3.2630-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к организациям, осуществляющим медицинскую деятельность» тут: http://base.garant.ru/12177989/

Куда не зайдет никто, в том числе и медицинский работник, непосредственно не занятый работой в данном подразделении, где нужен "стерильный" режим?
Примечание: зонирование в основном обуславливает не допуск, а отделку, порядки размещения, дезинфекции, уборки и прочие чисто технологические моменты, например, в перевязочной нужно выкладывать материалом типа кафель стены до потолка, а в палате должно быть моющееся покрытие, например, водостойкая краска, но это уже детали. Допуск в зоны определяется Санпинами.

Read more... )

Извините за многобукав. Моя позиция основана на нормативных документах и ТОЛЬКО. Поэтому все разговоры коллег о том, как им все мешают - проигнорирую. Мне лично не мешает никто, если отвлекают от работы - попрошу придти в другое время, и все. Если эмоционально невыносимо - подумайте о выгорании и ищите помощи (это пройдено на своей шкуре в одном из тяжелейших вариантов).
Также очень прошу не плескаться эмоциями, не выражаться и вести себя в рамках. Этот длинный текст написан для того, чтобы люди поняли, какие у них есть права, и чем это регулируется.
a_passer_by: (любимый)
Thursday, May 23rd, 2013 16:59
Оригинал взят у [livejournal.com profile] drugoi в «...выходить из состояния умопомрачения»


Из фейсбука вице-президента Фонда «Центр политических технологий» Алексея Макаркина:



«Почему в Германии победил фашизм? Не только из-за Версаля, кризиса и слабости демократических институтов. А и из-за массы хороших здравомыслящих людей, которые постепенно сходили с ума.

А начиналось все с мелочей – вроде истории, как берлинский гауляйтер Геббельс в 30-м году устроил кампанию против фильма по Ремарку («На западном фронте без перемен»), обвинив его в оскорблении германской молодежи, мужественно сражавшейся на фронтах Первой мировой. Хорошие здравомыслящие люди считали Геббельса шарлатаном и демагогом, но полагали, что и Ремарк глубоко неправ. Не надо бередить раны, вносить смуту в общество. А у этих парвеню (национал-социалистов) есть своя правда – и, несмотря на плохие манеры, ее все же побольше, чем у Ремарка.

И пошло-поехало.

Нацисты рвутся к власти – хорошо хоть, что не Тельман.

Нацисты пришли к власти и уничтожают демократию – так это ответ на поджог рейхстага и меры сугубо временные (которые приходилось продлевать, потому что страна во враждебном окружении – то Блюм, то Сталин, то «англичанка гадит»).

Принимают антиеврейские законы – может и с перегибами, но так и надо, а то слишком много евреев в бизнесе и СМИ развелось.

Сжигают книги – но там же Маркс с Лениным да тот же самый Ремарк (а Гёте же остался и Шиллера продолжают почитать - что еще надо!).

Идут войной на Чехословакию – любая страна защищает своих граждан, подвергаемых дискриминации (насколько существенной – вопрос мало кого интересующий).

Война с Польшей – так они первые напали и еще с мирными фольксдойче расправлялись (которые, правда, мирно стреляли в спины польским войскам – но в Германии это никому не было интересно).

Куда-то евреи исчезли – так это гениальный фюрер переселил их на Восток, чтобы они там работали на великую Германию и не могли разлагать немецкий тыл как в Первую мировую…

Потребовалось не только военное поражение, но и шок (когда американцы заставляли немецкое население хоронить жертв концлагерей и ходить в кинотеатры - смотреть фильмы о зверствах нацистов), чтобы хорошие здравомыслящие люди начали выходить из состояния умопомрачения.»




a_passer_by: (любимый)
Thursday, May 2nd, 2013 17:02
Наткнулась на чудный журнал [livejournal.com profile] pogonin_sv, упиваюсь.
Здесь – фото вылупляющихся и вылупившихся ящерят ящерицы прыткой, например, такая:

0_8cc64_8f39a635_XXL

Пришлось утащить, потому что, нормальный перепост делаться не захотел, аргументируя это непонятным: 414 Request-URI Too Large

Эх, а я-то, я-то когда разгребу свои фотозавалы? Мы много гуляли этой осенью, как никогда много, и снимала я много, особенно макро. Лешу только не снимала, и так жаль теперь...
a_passer_by: (любимый)
Sunday, January 27th, 2013 00:39
Я уже писала вот здесь, что нашла такого замечательного писателя Дениса Цепова ("Держите ножки крестиком, или Русские байки английского акушера"). Благодаря ему я первый раз после Лешиной смерти смеялась от души. Собственно, он действительно (и, видимо, в первую очередь) акушер-гинеколог и даже член Британской королевской коллегии акушеров и гинекологов. По-моему, он прекрасен. И я его вам настойчиво рекомендую. Вот, например
Оригинал взят у [livejournal.com profile] zembernathy в Родить незабудку

Тенор-саксофон Герберта Хардести вынимал из меня душу, рвал ее на мелкие бумажные клочки и подбрасывал в воздух, словно конфетти. Из контрабаса визгливо сочились обломки нот, пальцев и скрипичных ключей. Вечерний Камден-таун вокруг меня праздновал пятницу, шевелился, извергался и бурлил, подобно гламурному вулкану Эйяфьятлайокудль.

Хорошо, что древние шотландцы изобрели виски, без него можно было бы тронуться рассудком. После такого дня, как сегодняшний, нужно пить.

— «Talisker» on rocks, please.

— Single or double, sir?

— Look at me. Do I fucking look like a bloody single?

— Shall I make it triple?

— Please.

Сидеть посреди этого хаоса в облаке незнакомых женских духов, алкогольного перегара, запаха дешевых сигарет, дорогих сигар и марихуаны было на удивление уютно. Все ненужные мысли как будто поняли, что сегодня не их день, пожелтели и опали, словно осенние листья из песни Эдит Пиаф. Остался только тугой и протяжный звук саксофона и одна простая мысль, думать которую было уже почти не больно. Неужели все это закончилось?

Как жаль, что все закончилось. Хотя почему закончилось? Все только начиналось. Закончилось это для меня и для Рейчел Берримор, а началось для этого маленького розового свертка по имени Ребекка, рождения которого мы так сильно ждали все эти восемнадцать недель.

***

— Рейчел, здравствуйте. У меня для вас есть хорошие новости и плохие новости.

— Доктор, давайте сначала хорошие, может быть, после них плохие новости будут казаться не такими ужасными. Я слушаю вас.

Было видно, что она очень боится плохих новостей. Я почти физически ощутил, как она собрала все силы, которые у нее были в запасе. Ее взгляд стал очень серьезным и сосредоточенным и совсем не гармонировал с белокурыми кудряшками и летним платьем бирюзового цвета.

— Рейчел, вы беременны. Десять недель, сердцебиение очень отчетливое. Поздравляю вас.

— Доктор! Вы не представляете... я так давно хотела этого ребенка, я уже потеряла надежду. Какая прекрасная новость... Подождите, я должна позвонить маме и Джону. Боже, я сейчас заплачу от счастья! Какой прекрасный день! Доктор, вы просто чудо! Я думала, что в тридцать семь лет это уже невозможно...

Тем не менее она не заплакала от счастья. Оставались плохие новости. Она помнила о них, ждала их и, видимо, берегла силы.

— Доктор! Давайте быстрее говорите свои скучные новости, не томите!

Улыбка у Рейчел получилась прекрасной, естественной и беззаботной. Я физически ощутил, каких усилий ей стоило оставаться спокойной и продолжать улыбаться.

— Мальчик или девочка? Я так хочу девочку! Пусть это будет девочка! Хотя мальчик — тоже прекрасно. Я назову мальчика Ричардом, а девочку — Ребеккой! Доктор, я такая счастливая...

— Рейчел, опухоль у вас в животе, та, которую мы обнаружили на сканировании... Она расположена в поджелудочной железе. Я боюсь, что это рак, Рейчел. Мы получили подтверждение биопсии сегодня утром.

— Ты ведь не шутишь, Денис? С этим ведь не шутят. Нет, ты не шутишь, ты говоришь правду. Как неожиданно... Почему именно я? Почему у меня ничего не болит? Это какая-то ошибка, какая-то нелепая ошибка. Когда операция? Я не могу в следующий вторник, у меня интервью с Кристианом Лакруа. Это дизайнер модных тряпок. Но я никогда не курила и пила только немного шампанского по пятницам...

Операция ведь не повредит беременности, не так ли? Я слышала, что можно оперировать и беременности это не повредит. Я могу в среду. Да, среда — положительно хороший день, не правда ли?

Она панически перелистывала страницы в своей маленькой смешной записной книжке из розового молескина, пытаясь найти подходящую дату для операции.

— Рейчел, лечение, которое вам подойдет лучше всего, не операция, а химиотерапия. Такое решение приняли онкологи, хирурги и радиологи. Они считают, что хирургическая операция вам не поможет. Химиотерапия, возможно, существенно замедлит процесс, даст нам еще несколько месяцев, может быть, год.

— А что будет через год? Я умру?

Рейчел механически и отрешенно рисовала маленькие незабудки на салфетке из «Старбакса» моей авторучкой. В английских госпиталях не разрешены синие чернила, поэтому незабудки получались черные.

— Рейчел, я не знаю что будет через год или два. Я знаю, что химиотерапия повредит беременности. Вам нужно принять очень непростое решение: начать химиотерапию как можно скорее, прервав беременность, или сохранить беременность, отказавшись от химиотерапии. Но тем самым передоставить болезни естественный ход, который может оказаться непредсказуемым и стремительным.

— Это практически дилемма из серии «какое платье надеть»? Темно-синее в горошек от «Донны Каран» или маленькое черное от «Шанель»?

Рейчел опять улыбнулась и посмотрела на меня своими глазами-электростанциями.

— Мне нужно подумать. Доктор, мне кажется, это все — страшный сон и он скоро кончится. Очень скоро.

***

Рожать решили кесаревым сечением в двадцать восемь недель. Рейчел сильно сдала. Из-за метастазов в кости ее мучили боли, которые требовали постоянных высоких доз морфина. Она практически ничего не ела.

— Рейчел, мы готовы начать операцию.

— Начинайте, я хочу поскорее увидеть ее! Мою маленькую Ребекку.

Рейчел умерла через тридцать дней после рождения ребенка, сегодня утром. Я сидел в виски-баре на Камден-таун и вспоминал ее улыбку, искрящуюся как шампанское и ее летнее платье цвета бирюзы.

Из тенор-саксофона Герберта Хардести маленькими черными незабудками вываливались звуки. Казалось, что звуки падали на деревянный пол и застывали под ногами вязкими беспорядочными фигурами.

— «Talisker» on rocks, again, please.

— Single or double, sir?

— Whatever…

Время болезненно сжалось и выпустило из белых гипсовых пальцев крохотный клубок секундных петель. Казалось, что Рейчел не умерла, а просто начала жизнь заново, превратившись в маленький розовый сверток по имени Ребекка Берримор. Да, это очень комфортная мысль. Надо продолжать ее думать.

— Another «Talisker», sir.

— Please.

— This one is on the house, sir.

________________________________________________________________________________________


События, имена и факты данного рассказа являются полностью вымышленными